Создание контркультуры Особую, уникальную роль в развитии контркультуры сыграл Изаленский институт.
Именно здесь производились многие эксперименты по «мягкой промывке мозгов» во
время сеансов групповой психотерапии. Изаленский институт был центром
распространения психоделиков, философии Нью-Эйдж и «гуманистической» психологии.
Построен он был в 60-е годы Майклом Мерфи на земле, принадлежавшей его
семейству. Идею создания такого института подкинул ему Олдос Хаксли.
Здесь пестовались кадры, которым предстояло нести в массы «благую весть» о
реинкарнации, смерти «эго», внетелесном опыте и... аморальности. В Изаленском
институте часто читали лекции Грегори Бейтсон, Олдос Хаксли, Тимоти Лири, Аллен
Гинсберг и другие гуру современности. Посещал институт и известный сатанист
Чарлз Менсон. Как, впрочем, и его жертвы— Шарон Тейт и Абигайл Фолджер. Девиз
Изаленского института был такой же, как у сатанистов Алистера Кроули и Антона Ла
Вея: «Делай что хочешь!» Это стало идеологическим стержнем контркультуры, именно
этому учил Чарлз Менсон своих последователей, обезумевших от наркотиков.
В Изаленском институте технологии, разработанные Камероном и другими
психиатрами, адаптировались для широкой публики. Тут привечали участников
советско-американского диалога. С одной стороны, в институте бывали советские и
американские экстрасенсы, с другой — он спонсировал и куда более
политизированные мероприятия, устраивавшиеся для того, чтобы определить, как на
основе русского мистицизма можно изменить Запад.
Но самый сильный толчок к развитию контркультура получила из Гарварда, от Олдоса
Хаксли и Тимоти Лири. Две лекции, которые Хаксли прочитал в Калифорнийской
медицинской школе Сан-Франциско, легли в основу брошюр, выпущенных Изаленским
институтом. Брошюра «Человеческий потенциал» появилась в 1961 году. Ее
представили как одну из лекций, прочитанных на форуме «Голоса Америки»,
посвященном «контролю над сознанием». В ней Хаксли заявил: «По-моему, вполне
возможно произвести препараты, вызывающие эйфорию, которые были бы гораздо
эффективней и безвредней алкоголя. Их нужно сделать доступными и добавлять в
каждую бутылку кока-колы. И тогда, как я и написал 25 лет назад в “Прекрасном
новом мире”, это стало бы невероятно мощным инструментом в руках диктатора. — и
добавил: — Все более очевидно, что грядущие диктатуры будут зиждиться не на
терроре, как диктатура Гитлера и Сталина. Террор — крайне неэкономный, тупой и
неэффективный метод контроля над людьми. В “Прекрасном новом мире” вся
политическая платформа держалась на распространении таинственного препарата,
который я назвал “сомой”».
А спустя несколько лет Тимоти Лири пытался построить на той же самой
политической платформе свою избирательную кампанию, баллотируясь на пост
губернатора Калифорнии.
Но продолжим цитировать Хаксли: «Примерно в следующем поколении начнут применять
фармакологический метод, заставляющий людей полюбить рабство, а значит, можно
будет установить диктатуру, так сказать, не на слезах. Все общество поместят в
этакий уютный концлагерь, отобрав у них свободу, но людям это даже понравится,
поскольку их будут отвлекать от мятежных настроений посредством пропаганды,
“промывки мозгов”. А может, будут сочетать “промывку мозгов” с
фармакологическими методами воздействия на сознание. И это, похоже, станет
последней революцией в истории человечества».
Серию лекций, в которых прозвучали эти сентенции, устраивало Американское
агентство информации при финансовой поддержке фармацевтической компании «Шеринг»
(той самой, которая занимает одно из первых мест в мире по производству
контрацептивов; да, узок круг создателей «прекрасного нового мира»... Куда ни
глянь— одни и те же лица.— Т.Ш.).
В 1958 году «Сатерди ивнинг пост» был популярным массовым семейным журналом.
Туда-то Хаксли и забросил первый мяч контркультуры. Он принялся педалировать
идею, будто бы психоделики — отличная замена транквилизаторов, алкоголя и
прочего. Сейчас аналогичной тактики придерживаются люди, ратующие за легализацию
вообще всех наркотиков. И американцы в своих семейных журналах теперь читают о
том, как наркотики полезны для здоровья.
«...Вполне возможно, что фармакология вознаградит нас за наши страдания, —
пророчествовал Хаксли. — Эйфория, вызываемая химическим путем, легко может стать
угрозой свободе индивидуума, но зато интеллект, усиленный с помощью специальных
препаратов, будет надежным бастионом для нашей свободы. Ведь большинство из нас
использует свои возможности лишь на 15%. Как же нам повысить эти плачевные
результаты?
Способов два — обучение и биохимия. Можно давать взрослым и детям более
качественное образование, а можно с помощью биохимии улучшить их породу. И если
этих улучшенных индивидуумов еще и лучше учить, мы произведем настоящий
переворот. Да даже если по-прежнему обучать их по нашим убогим методикам,
результаты все равно будут поразительными».
В 1960 году Хаксли связался с Тимоти Лири, впоследствии ставшим всемирно
известным пропагандистом ЛСД. Хаксли пригласили на семестр почитать лекции в
Массачусетском технологическом институте, а Лири преподавал в Гарварде. Лири не
был первым профессором Гарвардского университета, экспериментировавшим с ЛСД; в
рамках цээрушного проекта «МК-ультра» и в Гарварде, и в других университетских
городках уже не один год вовсю шли подобные эксперименты. Встреча Лири и Хаксли В книге «Обратный кадр» Лири описал свою первую встречу с Хаксли, состоявшуюся в
1960 году в Гарвардском университете. Вот что он нам сообщает:
«Джордж Литтвин (гарвардский профессор. — Т.Ш.) завел разговор о визионерской
литературе. Он спросил у меня, читал ли я книги Олдоса Хаксли о мескалине —
“Порог восприятия” и “Рай и ад”. Я ответил “нет”, и тогда он сбегал в свой
кабинет и принес эти маленькие, тоненькие книжицы. Я спрятал их в карман
пиджака... Той ночью я прочитал Хаксли. Раз, другой, третий. В них, в этих
книжках, было описано все. Все мои видения. И даже больше. Хаксли принял дозу
мескалина в саду, преступил границы своего сознания и очнулся в вечности. А
спустя неделю на какой-то вечеринке мне сказали, что Олдос Хаксли проведет осень
в нашем городе.
Мне это показалось добрым предзнаменованием. Я сел и написал ему письмо. Прошло
два дня. Во время собрания, на котором мы обсуждали планы работы, вдруг раздался
телефонный звонок. Это был Хаксли. Он сказал, что мое письмо его заинтересовало,
и мы договорились вместе пообедать... Мы говорили об изучении и употреблении
наркотиков, расширяющих сознание, и понимали друг друга с полуслова, сойдясь во
мнении, что взгляд на наркоманию как на патологию сужает понимание проблемы».
Затем Лири объясняет, как Хаксли придал новый импульс развитию гарвардского
психоделического проекта: «Хаксли вызвался присутствовать на наших планерках и,
когда исследования начались, с удовольствием пробовал вместе с нами грибки.
На этих встречах родился план провести пилотный эксперимент, причем испытуемые
должны были выступать в роли этаких астронавтов: мы их тщательно готовим,
накачиваем информацией, и они потом самостоятельно ведут свой космический
корабль, делают наблюдения и докладывают о них на Землю. Наши подопытные были не
пассивными пациентами, а героями-исследователями». Грибы До приезда в Гарвард Тимоти Лири возглавлял физиологические исследования в
больнице фонда Кайзера в Оклахоме (штат Калифорния). Ему принадлежит авторство
нескольких популярных тестов для определения профиля личности. В Гарварде Лири
подружился с Ричардом Алпертом, который впоследствии стал одним из главных гуру
движения Нью-Эйдж.
Впервые Лири попробовал «магический гриб» в 1960 году, приехав в Куэрнаваку. Его
подбил на это антрополог Герхарт Браун, сотрудничавший с университетом Мехико и
пытавшийся установить связь между употреблением галлюциногенных грибов и
ацтекской культурой... Активнее всех популяризировал «грибки» вице-президент
«Морган и Ко» Гордон Вассон: он и его русская жена Валентина увлекались наукой о
грибах — микологией. В 1955 году Вассон стал первым белым человеком, съевшим
«священный гриб». Попотчевала его этим лакомством ведьма Мария Сабина. Вассона
щедро наградили за великую услугу, оказанную человечеству, — за то, что он
внедрил в западную культуру ритуалы древних ацтеков, практиковавших человеческие
жертвоприношения. Ему присвоили титул почетного исследователя ботанического
музея при Гарвардском университете, а также почетного исследователя и
пожизненного управляющего нью-йоркским ботаническим садом.
Лири приводит рассказ Вассона о том, как он сделал свое «великое открытие»:
«Не помню кто, то ли моя жена, то ли я, впервые осмелился в 40-х годах высказать
гипотезу, что наши далекие предки примерно 4 тысячи лет назад обожествляли
грибы. А осенью 1952-го нам стало известно, что писатели XVI века, говоря о
культуре индейцев Мексики, вспоминали, что по верованиям туземцев, некоторые
виды грибов считались священными. И действительно, на так называемых “грибных
камнях”, найденных в Мексике, изображены грибы. Это был символ их религии, как
крест у христиан, шестиконечная звезда у иудеев или полумесяц у мусульман.
Следовательно, в центре религиозного культа, имеющего, вполне вероятно, самую
долгую историю в мире, находится гриб...
Преимущество гриба в том, что он позволяет многим, если не всем, достичь
состояния ясновидения без смирения страстей, которым занимались Блейк и св.
Иоанн. Благодаря грибу вы можете заглянуть за горизонты этой жизни,
попутешествовать во времени, проникнуть в иные миры. Даже, как уверяют индейцы,
познать Бога, — продолжает Вассон. — Все, что вы увидите этой ночью, будет
девственно чистым: природные пейзажи, здания, резьба по дереву, животные. Как
будто все только что вышло из мастерской Творца. Эта новизна — словно вы
присутствуете при самом первом рассвете — переполнит вашу душу удивительными
впечатлениями, потрясет вас своей красотой».
Вассон высказывал предположение, что все крупные мировые религии возникли из-за
галлюцинаций древних визионеров — галлюцинаций, вызванных теми или иными
растениями. Он перечислял древние названия грибов и переводил их на восточные и
средиземноморские языки. По его словам, даже имя «Иисус» на арамейском языке
происходит от семитского слова, обозначающего психоделический гриб.
Сатанизм как новая религия Вскоре после вассоновских «открытий» Лири повстречался с Олдосом Хаксли, и они
решили провести широкомасштабные эксперименты с синтетической формой
«магического гриба» — псилобицином, полученным в лаборатории Сандоса,
находившейся в Нью-Джерси. Лири и Хаксли тщательно разрабатывали эстетику
наркомании — в каком антураже лучше употреблять галлюциногенные грибы. По словам
Лири, содержание галлюцинаций зависит от психологического настроя (то есть от
ожиданий) и от обстановки, в которой принимаются наркотики, поскольку
психоделики делают человека чрезвычайно внушаемым. Причем Лири установил, что
события, переживаемые человеком, когда он находится под воздействием наркотиков,
запоминаются гораздо лучше, чем то, что мы помним «на трезвую голову». Он назал
этот феномен «импринтингом» (синоним — «промывка мозгов»).
Друзья решили сперва внедрить наркотик в культурную элиту (вернее, в то, что они
считали культурной элитой) — или хотя бы в ту ее часть, которая, по их расчетам,
должна была благосклонно отнестись к употреблению наркотиков. Среди этих людей
были представители «поколения битников» и прочие друзья Аллена Гинсберга, а
также разные художники, ученые и т. п.
В книге «Обратный кадр» Лири описывает, с каким воодушевлением Хаксли воспринял
данный проект. «Неожиданно хлопнув ладонями по своей костлявой ноге, — пишет
Лири,— он воскликнул: “Да тебе и делать-то почти ничего не надо! Ты просто будь
вдохновителем эволюции. Как я, как мой дед. Массовое лабораторное производство
наркотиков, воздействующих на сознание, приведет к гигантским подвижкам в
обществе. Это все равно произойдет, независимо от того, будем мы с тобой в этом
участвовать или нет. Мы можем только их пропагандировать. А главное препятствие
для эволюции, Тимоти, это Библия”.
“Но разве в Библии обсуждалось употребление таких наркотиков? Что-то не
припомню...” — возразил Лири.
А Хаксли ответил: “Тимоти, ты что, забыл, с чего начинается Книга Бытия? Иегова
говорит Адаму и Еве: “Я устроил для вас сей чудесный курорт к востоку от Эдема.
Делайте что хотите, только не ешьте плоды с Древа Познания”.
Лири: “Ага, значит, это первые запретные вещества...”
Хаксли: “Так точно! Библия начинается с запретов на употребление некоторых
продуктов и наркотиков”.
Лири: “Выходит, грехопадение и первородный грех произошли из-за незаконного
употребления наркотиков...”
Посмеиваясь, Олдос отправился восвояси, очень довольный собой, — завершает сей
эпизод Лири, — а я катался по полу, надрываясь от хохота».
Лири подключил к проекту теологов. Вальтер Панк был священником и должен был
получить богословский диплом Гарвардской богословской школы. Он поставил опыты
на студентах, будущих богословах, половине из которых дал псилобицин, а другой
половине — нет. Затем вся группа пошла в Страстную пятницу в церковь, и те, кто
находился под воздействием наркотика, доложили, что у них был некий мистический
опыт. Данные результаты впоследствии были использованы для подтверждения идеи,
что употребление наркотиков — это якобы кратчайший путь к Богу и духовному
экстазу. «Таймс» опубликовала пространную статью, весьма благосклонно
описывавшую опыты Панка. Рассказ сопровождался цитатами из известнейших
теологов. Но к превеликому разочарованию Лири, большинство богословов отвергло
сии теологические постулаты.
По этому поводу Лири писал: «Мы восстали против иудео-христианской веры в
Единого Бога, против единственной религии и единственной реальности — всего
того, что веками тяготело как проклятие над Европой, а над Америкой — с момента
ее основания. Наркотики, открывающие нам множество разных реальностей, неизбежно
влекут за собой политеистический взгляд на мир. Мы почувствовали, что настало
время новой гуманистической религии, основанной на умном, добродушном
плюрализме, — время научного язычества».
Лири и Хаксли написали в соавторстве пособие по наркотической культуре,
позаимствовав многие идеи из «Тибетской книги мертвых», впервые переведенной на
английский язык английским теософом Эвансом-Вентсом. Книга якобы служит
путеводителем для душ недавно умерших. Версия же Лири—Хаксли представляет собой
руководство для потребителя ЛСД, которого побуждают смириться со смертью своего
«я». ЛСД и другие психоделики, по их уверениям, открывают человеку, что его
сознание и разум на самом деле лишь препятствуют работе мозга. Наркотики же
«освобождают» мозг от пут разума и морали, якобы мешающих человеку связно
мыслить и искажающих восприятие реальности. Сатанизм и англо-американская элита Контркультура была плодом усилий заговорщиков, решивших возродить на земле
«новые темные века». Этот заговор вызрел на рубеже XIX и XX веков. Готовили его
атеисты лорд Бертран Рассел и Герберт Уэллс. Именно эти люди с
англо-американской стороны разрабатывали определенные аспекты изначально
оккультного гитлеровского проекта...
Весьма либеральный Герберт Уэллс выразил свои представления о всемирном фашизме
в книге «Как прогресс механики и науки может повлиять на человеческую жизнь и
мышление». Он даже специальный термин придумал для такой диктатуры — «новая
республика». И вас не должно удивлять то, что «Новая Республика» (New Republic)
— это название знаменитого американского либерального журнала. Чем, собственно,
позиция либералов отличается от известного изречения Алистера Кроули: «Делай что
хочешь»?
Приведем лишь один отрывок из книги Уэллса, увидевшей свет в 1924 году:
«Граждане Новой Республики не будут брезговать смертью: ни своей, ни чужой... Их
идеалы будут оправдывать убийство... Они установят такие порядки, что части
человечества будет позволено существовать лишь из жалости и долготерпения, при
условии, что эти люди не будут размножаться, а если они нарушат порядок, их без
колебаний убьют, я в этом нисколько не сомневаюсь».
Бертран Рассел был не менее жесток. Его работа «Воздействие науки на общество»,
опубликованная в 1953 году, доказывает, что он даже в 50-е годы поддерживал
политику, которая помогла Гитлеру прийти к власти и развязать вторую мировую
войну... Рассел писал: «В настоящее время мировое народонаселение увеличивается
на 58 тысяч человек в день. И даже войны не влияют существенно на этот
прирост... Поэтому на войну в данном отношении полагаться не стоит... впрочем,
бактериологическая война может оказаться более результативной. Вот если бы при
жизни каждого поколения по всей Земле распространялась эпидемия черной оспы, те,
кому удалось бы уцелеть, могли бы размножаться свободно, не опасаясь
перенаселенности мира. Конечно, это неприятно, но что поделаешь?»
В той же книге «либерал» Рассел рассуждал на тему, как следует натравливать
детей на родителей, чтобы произвести контркультурную революцию. Вот как он
представлял себе реализацию программы «промывки мозгов»: «Анаксагор утверждал,
что снег черный, но ему никто не верил. В будущем социальные психологи опробуют
на школьниках разные методики, задача которых втемяшить детям в голову, что снег
действительно черного цвета. Впрочем, кое-какие результаты мы получим уже очень
скоро. Во-первых, уже ясно, что влияние семьи служит для нас препятствием.
Во-вторых, мало чего можно добиться, если идеологическая обработка начинается
после десяти лет. В-третьих, установлено, что большой эффект оказывают
непрерывно повторяющиеся стихи, положенные на музыку...» Кем был Олдос Хаксли? Наставником Герберта Уэллса был Томас Хаксли, человек, создавший Чарлза Дарвина.
Олдосу Хаксли он приходился родным дедушкой. Уэллс же, в свою очередь, сильно
повлиял на формирование взглядов Олдоса. Во время второй мировой войны Хаксли
проживал под одной крышей с Бертраном Расселом, в поместье Оттолайн Моррелл,
куда Рассел нанялся в качестве сельскохозяйственного рабочего.
В 1938 году Олдос Хаксли перебрался в Калифорнию. Там он связался с
гомосексуалистами из числа левых, кучковавшихся вокруг Кристофера Ишервуда, и
вместе с Джералдом Хердом и Аланом Ваттсом увлекся теософией. В 1960-х годах эта
группа поддержала Ричарда Прайса и Майкла Мерфи, основавших Изаленский институт.
Роман Олдоса Хаксли «Прекрасный новый мир», оказавший столь огромное влияние на
умы, был написан в 1927 году. Следовательно, план создания контркультуры,
который он разрабатывал под руководством своих наставников Уэллса и Рассела, был
задуман задолго до второй мировой войны. В обществе, описанном Хаксли,
гедонистские удовольствия, которыми рабы вознаграждались за свою рабскую жизнь,
сводились к употреблению наркотиков и к телевизору с трехмерным изображением и
специальными стимуляторами чувственности. Это было рабское состояние, выводилась
особая порода людей, подобных пассивным, тупым животным с непомерно развитыми
низменными инстинктами. Хаксли активно продвигал наркотическую культуру в
широкие слои населения. «Порог восприятия» («Doors of perception»), написанный
им в 1953 году, стал одной из настольных книг наркоманов.
|